12228030_982546365120605_17917724_oВ общем, дорогие читатели, у меня накипело. Давно и серьезно я подумываю о том, что наш прекрасный мир, не менее, прекрасный город, многое, что тут происходит,– это симулякр. Отличный термин, придуманный французскими философами, чтобы как-то упорядочить хаос в их нестройной системе мироздания. Википедия дает отличное определение этому термину, так что не будем изобретать велосипед, воспользуемся украденным. Итак: «симулякр – это псевдовещь, замещающая «агонизирующую реальность» постреальностью посредством симуляции».

Ясно? Ну и чтобы уж совсем все было понятно поговорим в этой статье еще и о постмодернизме, который активно использует симулякр, создавая псевдовещь из готовых форм, гипертрофируя их и сминая смыслы, отлакировывая «поделку» изрядной дозой иронии.

С базовыми теоритическими понятиями покончено, переходим, собственно, к делу. Поговорим о выставке «SUPER)ГЕРОИ: перезагрузка», которая состоялась 7 ноября в бомбоубежище. Хороший день, хорошее место!

Декларация авторов идеи арт-проекта: «Мы попытались перезагрузить понятие «героя» и «героизма». Для нас (супер) герой сегодня – не тот, кто подобно джину строит и разрушает вселенные ради демонстрации возможностей, а тот, кто способен в самых разрушительных условиях сохранить то человеческое, что может нас всех объединить. Или хотя бы заложить первый камень в пресловутую via ad pacem (дорогу мира). Сделать это можно разными способами. Мы выбрали сontemporary art – не самый прямой и простой для осмысления, зато провоцирующий и будоражащий не только сферу чувств, но и интеллект. Художники рефлексируют на тему конструктивного диалога через призму «теории сильной личности», героя – если мы сами не способны справляться со злом внутри нас, возможно, их рефлексии подскажут вектор движения в этом направлении».

Общее впечатление от выставки – они таки старались! Дислокация экспозиции арт-объектов была определена обстоятельствами крайне удачно. Сначала предполагалась котельня, но хозяин теплоподающего и стратегически важного городского объекта заартачился и отказался пускать туда невменяемых производителей новых смыслов. Пришлось довольствоваться бомбоубежищем и лезть под землю, дабы там продемонстрировать всю сложность пытливого и креативного сознания современного художника, пытающегося объять необъятную реальность постмодернистского мира и адекватно его отобразить, окончательно не запутавшись в собственном бессознательном.

У некоторых авторов это получилось, у других не очень. Прям и прост был Александр Жук – нарисовав себя, молодца, в адски красивом тренировочном костюме и с битой. Что-то супергероическое в этом было.

Лауреат премии имени Казимира Малевича, Стас Волязловский пошел своим путем. В его работе элегантно сочетались знаковые антигерои нашего времени патриарх Кирилл и президент Владимир, а фильм, безыскусно снятый в естественных декорациях детской площадки, наверняка подаренной электорату под выборы, был по хорошему злобен и состоял из депутатских обещаний и электоральных междометий.

Плохо то, что описывать выставку, а тем более интерпретировать ее безумно креативные экспонаты, – затея глупая и неблагодарная. Из особо запомнившегося, развешанного в узких коридорах херсонского бомбоубежища, – отличные фотографии Максима Афанасьева, картина плюс инсталляция Вячеслава Машницкого, проект Семена Храмцова – минимизированные до уровня спичечных коробок «герои наших дней».

Было на выставке еще очень много странного, непонятного, основанного на личных аллюзиях мытцив и требующего объяснений. Впрочем, атмосфера всеобщего веселья и удивления предполагала не к обдумыванию и расшифровке тайных посланий авторов, а всего лишь к упаковке своих эмоций в изящные и обтекаемые формулировки. Ибо симулякр есть симулякр. И он не цепляет.

Кураторы и авторы выставки предлагали поговорить о: «В наше деструктивное время, рождающее потоки ненависти, демонизации врага, «оправданной» жестокости и неоправданных жертв самое время поговорить о мире – во всех смыслах».

Что же, поговорим. Хоть это и трудно. Мир вокруг нас меняется ежесекундно, предсказать, что будет завтра, практически, невозможно. Чертово Гомеостатическое Равновесие или кто-то там наверху, злобно хихикает над нами, создавая одновременно с пяток Фейковых Вселенных, и не давая подсказки какая же из них настоящая. Вот так и балансируешь меж людей, событий, времен, в попытке обрести твердую почву под ногами.

Кстати, на выставке «SUPER)ГЕРОИ: перезагрузка» был отличный арт-объект, иллюстрирующий именно эти ощущения. Плутаешь по лабиринту бомбоубежища, натыкаясь на пытливых зрителей, с неподдельным интересом рассматривающих загадочные предметы и в темном тупике оказываешься перед зеркалом. Слепит глаза неоновая вспышка, и ты смотришь на свой размытый силуэт в мутном стекле.

А потом ты выходишь из подвала в осенний вечер, давишься горьким дымом сигареты и пытаешься понять, а что же это было? И только одно слово, громко и весело звучащее в группе молодых и, очевидно, креативных людей все расставляет на свои места – «Постмодерн». Точно! Это был чистейший, как слеза, хорошей выдержки постмодерн.

Еще в 1996 году замечательный Юрий Арабов написал, что: «Постмодернизм — система, в которой отсутствуют предпочтения, где червь равен Богу, где «человек страдающий» позорно капитулировал перед «человеком играющим». Ах, этот постмодерн, возврат в детство, игры и игрушки… Но нет, не детство – Альцгеймер то был, слабоумие и попытка зацепиться за предметность бытия. Но предметы теряют форму и трансформируются в псевдовещь. В общем, полный симулякр!

В Средние века человек искал истину в религии. В эпоху модерна верили в науку и разум. А в постмодерне доминирующим становится имитация чувства. Эрих Фромм называл человека эпохи постмодерна – психологическим роботом. Человек-робот имитирует человеческое чувство. Приехали!

А вот и немного пафоса – квинтэссенция мыслей последнего десятилетия. Постмодерн – это эпоха смерти, уничтожения, краха. Что умерло в эту эпоху? Человек, Бог, Мораль, Философия, Будущее, Прошлое, Разум, Сердце.

Авторы выставки вряд ли будут со мной согласны, ибо считают, что: «Говорить о смерти сейчас – это моветон. Из предмета разговора она превратилась в неотменяемую реальность. Или все же мы сможем ее отменить? Пусть с помощью героев».

Смерть, к сожалению, не отменима. И ее в нашем мире стало много. Очень много. И игрушечные герои не в силах ей противостоять. Хотя бы потому, что они не настоящие, и у них нет сердца. Нет, не так – Сердца!

Мир постмодерна будет мёртв, и очень скоро. Так говорит Умберто Эко (а он куда круче Заратустры) и ему вторит парочка не менее знаменитых, увенчанных лаврами и престижными наградами современных философов.

Что придёт ему на смену? Да кто его знает. Скорее всего, реальность будет рационализирована, это будет мир однозначных истин, жестких разделительных линий – во многом гораздо менее терпимый и куда более суровый. И этому миру, конечно, нужны свои герои. Какими они будут, мы пока не знаем. А в лабиринте херсонского бомбоубежища мы увидели героев уходящего постмодерна, их странные игры и игрушки. Было забавно.

 

 

 

 

 

 

 12218883_982546155120626_66669432_o

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ксения Келеберда

Лариса Ившина
ljn6317@gmail.com
Украинская журналистка и общественный деятель, главный редактор газеты ПостФактум.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *